ГЕГЕЛЬ И ЭНГЕЛЬС В КОНТЕКСТЕ ТЕОРИИ САМООРГАНИЗАЦИИ.

ГЕГЕЛЬ И ЭНГЕЛЬС В КОНТЕКСТЕ ТЕОРИИ САМООРГАНИЗАЦИИ.

Опубликовано в категориях: Научные публикции Просмотров: 26

Г.Г. Малинецкий1, В.Э. Войцехович2, И.Н. Вольнов3.

1 Институт прикладной математики им. М.В. Келдыша.

2 Тверской государственный университет.

3 Московский политехнический университет.

Аннотация.

Философия природы – исследование природы в её целостности, как стало ясно в последней трети XX века, оказалось самым тесным образом связано с таким междисциплинарным подходом, как теория самоорганизации или синергетика. Новое понимание реальности и этого подхода оказывается понятным при сопоставлении панлогизма Гегеля, диалектического материализма Энгельса, опиравшихся на научные достижения XIX века и современными проблемами естествознания. Это сравнение оправдано, поскольку и Гегель, и Маркс с Энгельсом сформировали свои мировоззрения, оказавшие огромное влияние на развитие цивилизации в XX веке, а синергетика, по-видимому, станет ядром научной картины мира, формирующейся в настоящее время.

Очень интересно «наследие» классиков философии в развитии теории самоорганизации, Гегель поставил и исследовал вопрос о саморазвитии сложных систем и на этом основании исследовал культуру. И в этом смысле он, безусловно, является одним из предтеч синергетики. Кроме того, очень важен его взгляд на философию и методологию науки как инструмент рефлексии в пространстве знания.

Эволюционный подход, который Энгельс рассматривал как одно из основных достижений науки XIX века в прошедшем столетии, стал сегодня основой многих научных дисциплин и самой синергетики. Установка философа на поиск элементарных сущностей, опираясь на знание о которых, можно было бы выяснить свойства целого, стала ведущим вектором развития науки XX века.

Вместе с тем проблемы, стоящие перед человечеством, кардинально изменили пространство научного знания. В центре внимания оказались законы взаимодействия элементарных сущностей, структуры, хаос и самоорганизация, связанная с ними. Намного более важной, чем представлялось классикам, оказалась роль математического моделирования, внутринаучной рефлексии и больших проектов. Происходящая гуманитарно-технологическая революция заставляет давать новые ответы на глубокие и важные вопросы, которые поставили Гегель и Маркс.

Ключевые слова. Философия природы, панлогизм, диалектический материализм, самоорганизация, синергетика, гуманитарно-технологическая революция, мировоззрение. Гегель, Энгельс, проектирование будущего, синергетическая научная рациональность, большой синтез, креативная роль математики.

Введение.

Мы любим все – и жар холодных числ,

И дар божественных видений,

Нам внятно всё – и острый галльский смысл

И сумрачный германский гений…

А.А. Блок.

В 1950-х годах британский физик и писатель Чарльз Сноу обратил внимание на большую опасность для всего пространства научного знания – на пропасть между естественнонаучной и гуманитарной культурами.

Естественнонаучная культура опирается на эксперимент, формализованное описание, математический аппарат и исследование явлений, которые могут быть многократно повторены. Она устремлена в будущее, и во многих случаях приводит к созданию технологий. Эта культура отвечает на вопрос «Как?». Личность творца несущественна – важно верно или неверно его утверждение.

Гуманитарная культура имеет дело со сложными объектами, для которых есть только вербальное, а не формализованное или математическое описание. Зачастую она имеет дело с уникальными ситуациями, системами, для которых эксперимент невозможен и обращена в прошлое. Она должна отвечать на вопрос «Что?». Авторитет, как правило, имеет важное значение в этой культуре.

Проблема состоит не только в непонимании представителями этих культур проблем и результатов друг друга, но и в том, что при анализе многих крупных научно-технических и социально-экономических проектов они дают противоположные оценки и рекомендации.

Мысль, что это тормозит развитие высказывал один из создателей квантовой механики Е. Вигнер [2]. По его мнению, две науки претендуют на описание мира во всей полноте – физика и психология. Он предвидел кризис всего научного знания, связанный с «эффектом Вавилонской башни» - наличием множества наук (по данным экспертов 72 000 на 2004 год) и непонимание специалистами друг друга. Кроме того, путь к переднему краю исследований становится всё длиннее… Кроме того, разные науки развиваются в различном темпе, находятся каждая в своем возрасте. В 1959 году это заметил поэт Борис Слуцкий: «Что-то физики в почете. / Что-то лирики в загоне. / Дело не в сухом расчете, / дело в мировом законе. / Значит, что-то не раскрыли / мы, что следовало нам бы!»

Наконец, это подтвердил фактический провал нанотехнологического проекта (SocioCognitoBioNano – SCBIN), начатого в США в 2000 году и позже подхваченного во всем мире. Социальные системы, к удивлению ученых и инженеров, оказались не готовы, чтобы принять новые технологии и связанные с ними возможности. Многие эксперты считают, что будущая война изменит такую ситуацию.

Мост над пропастью двух культур в настоящее время связан с междисциплинарными (или трансдисциплинарными) подходами. Наиболее успешным среди них сейчас является теория самоорганизации или синергетика (от греческого «совместное действие»). Это подход возник в 1970-х годах в связи с интересом к коллективным, необратимым процессам в разных науках и необходимостью избежать эффекта Вавилонской башни между представителями разных научных дисциплин.

Проблему, предвосхитившую развитие синергетики, поставил парадокс Евбулида из Милета – философа мегарской школы, работавшего в IV веке до нашей эры. Парадокс звучит примерно так: «Одна песчинка – не куча, две песчинки – не куча, а миллион песчинок становится кучей». Как у целого, состоящего из взаимодействующих частей, появляются новые качества и свойства, которыми ни одна из частей не обладает?

Интересно, что именно куча песка является базовой моделью в теории самоорганизованной критичности – активно развивающемся разделе синергетики [3].

Термин «синергетика» был введен немецким физиком-теоретиком Германом Хакеном. Он вложил в него два смысла.

Во-первых, это подход, рассматривающий возникновение новых качеств у целого, которым не обладают его части.

Во-вторых, это направление, развитие которого требует творческого взаимодействия естественников, гуманитариев, математиков, инженеров [4].

Со времен Ньютона до рубежа XX века, а в некоторых разделах физики и сейчас огромное значение имеют законы сохранения (энергии, импульса и т.д.) и связанные с

ними симметрии. в то же время в синергетике во главу угла ставятся процессы рассеяния (диссипативные) разных величин, связанные с ними источники и стоки. Парадоксальным образом именно эти необратимые процессы и обеспечивают возникновение структуры и сложной упорядоченности.

Лауреат Нобелевской премии И.Р. Пригожин (химия, 1977) считал, что именно объявление и осмысление стрелы времени является ключевым моментом в этом подходе, меняющим наш взгляд на мир [5].

пересечении сфер предметного знания, математического моделирования и философской рефлексии. Выдающийся специалист в области философии науки В.С. Степин считал, что синергетика дает ключ к пониманию саморазвивающихся и «человекомерных» систем, которые будут в центре внимания науки в XXI веке. По его мнению, именно синергетика должна стать ядром формирующейся сейчас научной картины мира [6].

По-видимому, самоорганизация станет ключевой концепцией XXI века.

Один из основоположников синегетики, физик, биолог, экономист Д.С. Чернавский рассматривал синергетику как общую теори коню неустойчивостей в системах разной природы [7].

Один из создателей синергетики, специалист. в области математического моделирования, директор Института прикладной математики им. М.В. Келдыша РАН С.П. Курдюмов рассматривал синергетику как язык концепций, понятий, моделей, позволяющий формулировать и обсуждать задачи, требующие совместных усилий естественников, гуманитариев, математиков. Он полагал, что ученые должны «спасти мир» - определить пути в будущее и связанные с ними риски.

О масштабах развития синергетики говорит, например то, что в серии книг «Синергетика: от прошлого к будущему», выпускаемой издательством УРСС с 2002 года, вышло уже более 100 книг. Концепции и модели теории самоорганизации привели не только к научным открытиям, но и стали основой ряда высоких технологий [9].

Философская рефлексия является одним из оснований синергетики, поэтому её осмысление, развитие и применение очень важно для этого междисциплинарного подхода. И в этом смысле её сопоставления с панлогизмом Г.В.Ф. Гегеля (1770-1831) и диалектическим материализмом Ф. Энгельса (1820-1895) представляется очень интересной. Важно понять, на что удается опираться из сделанного классиками, проследить философскую традицию, а что требует новых подходов.

Философия в поисках себя.

Ответ на вопросы, которые оставляет без ответа философия, заключается в том, что они должны быть иначе поставлены.

Г.В. Ф. Гегель.

Философия является удивительным видом интеллектуальным занятием, постоянно переопределяющим свой предмет. Дело не только в том, что философия находится между религией, искусством и наукой, заимствуя у каждой её черты. Её творцы по-разному определяли её роль в мире, исходя из проблем, достижений и технологий, которыми располагало их общество.

XIX век отличают огромные достижения в науке и технологиях, масштабные социальные преобразования и оптимизм во взгляде на будущее. Гегель в «Логике» пишет: «Философия и религия имеют своим предметом истину, и именно истину в высшем смысле этого слова, - в том смысле, что бог и только он один, есть истина.

Далее, обе занимаются областью конечного, природой и человеческим духом, и их отношением друг к другу и к богу как к их истине» [10, c.3], «Философию можно

предварительно определить вообще как мыслящее рассмотрение предметов» [10,c.4];Таким образом, наука распадается на следующие три части:

I. Логика – наука об идее в себе и для себя.

II. Философия природы как наука об идее в её инобытии.

III. Философия духа как идея, возвращающаяся в самое себя из своего инобытия» [10, c.28].

Итак, философия – наука наук. Понято уже много, и осталось это систематизировать и упорядочить. Консерватизм: самая известная фраза Гегеля: «Все реальное – разумно, а все разумное – реально». [11, c.341].

Энгельс, считавший необходимыми кардинальные социальные перемены мыслил совершенно иначе. Он писал: «Великий основной вопрос всей, в особенности новейшей, философии есть вопрос об отношении мышления к бытию» [12]. Естественно, материалист Энгельс, считающий первичным природу противостоит объективному идеалисту Гегелю, выдвигающему на первый план идею в её разных проявлениях.

Энгельс писал, что некогда в рамках единого знания философии формировались конкретные науки и начинали своё развитие, поэтому можно говорить о «смерти философии». По его мысли: «за философией, изгнанной из природы и истории, остается таким образом, ещё только царство чистой мысли, поскольку оно ещё остается: учение о законах самого процесса мышления, логика и диалектика» [12].

Эта мысль развивается в «Анти-Дюринге»: «Современный материализм является по существу диалектическим и не нуждается больше ни в какой философии, стоящей над прошлыми науками. Как только перед каждой отдельной наукой ставится требование выяснить своё место во всеобщей связи вещей и знаний о вещах, какая-либо особая наука об этой всеобщей связи становится излишней. И тогда из всей прежней философии самостоятельное существование сохраняет ещё учение о мышлении и его законах – формальная логика и диалектика. Все остальное входит в положительную науку о природе и истории» [14].

Важный вопрос о взаимодействии философии и науки, поднятый Энгельсом актуален и сейчас. И точку зрения Энгельса сейчас разделяют многие ученые.

Философ, футуролог и фантаст Станислав Лем писал: «… я стал философом в то время, когда в королевстве философии уже невозможно строить большие системы, потому что это королевство распалось из-за вторжений науки, так что философ в результате не может быть независимым создателем картинки мира. Поэтому он должен соглашаться на сосуществование с наукой, причем разделенное на бесчисленные дисциплины знание не может быть понятым одним человеком и ни один человек не может стать универсальным специалистом…» [14, c.279].

Прошедший XX и нынешний XXI век значительно скромнее и намного разнообразнее в определении предмета философии, чем XIX столетие. Например, В.С Степин считал, что философия вырабатывает надбиологические программы деятельности общества, которые могут сыграть важную роль в будущем [6]. Российский философ Ф.И. Гиренок трактует её так: «Философия перестала быть картиной мира. Она не отражает мир, а изобретает его. Не царское это дело – обобщать случайные содержания наук. Её ело – бродить в поисках пределов возможного. Предел возможного – невозможное. Предел реального – нереальное» [15, c.13]. Или иначе «Философия ничего содержательного сказать не может. Но это от неё никто и не требует. Важно, что она бытийствует в момент исполнения своего бытия, в момент своего говорения» [15, c.17].

Другие мыслители рассматривают философию как оператор в некоторой игре, похожей на компьютерную: «_философию_в аспекте её бесконечных областей приложения, причем потенциально порождающих не только отдельные направления, но и целые дисциплины – уместно рассматривать в качестве оператора: «философия Х» или даже «философия ()», где в качестве переменной – аргумента может выступать всё, что угодно» [16, c.92,92].

Постмодерн далек от проблем науки, но и он по-своему определяет суть своей философии: «Постмодернизм – это, безусловно, гедонизм: удовольствие от текста (Барт), удовольствие от мышления; удовольствие от игры». [17, c.66].

С XIX века задачи науки расширились. Среди них

- проектирование будущего, формулировка стратегии развития и связанной с этим идеологии;

- обеспечение целостности научного пространства и определение приоритетов научной деятельности;

- разработка и экспертиза больших технических и социально-экономических проектов;

- формирование научной картины мира и мировоззрения;

Исходя из этого в качестве «рабочего определения» предмета философии, в том числе и философии науки, естественно, следуя Бертрану Расселу выбрать следующее: «Философия, как я буду понимать это слово, является чем-то промежуточным между теологией и наукой. Подобно теологии, она состоит в спекуляциях по поводу предметов, относительно которых точное знание оказывалось до сих пор недостижимым; но, подобно науке, она взывает скорее к человеческому разуму, чем к авторитету, будь то авторитет традиции или откровения» [18, c.9].

Проект Гегеля и теория самоорганизации.

Философия Гегеля очень трудна.

Он, я должен сказать, наиболее труден для понимания из всех великих философов.

Б. Рассел.

Гегель осуществил огромный философский проект, связанный со стремлением с междисциплинарных позиций осмыслить всё пространство знания XIX века. Им было определено и обосновано 180 категорий и понятий. В своей «Философии природы» об обращается к механике, физике, неорганической химии. Он отрицает теорию эволюции, считая, что развитие природы – результат постепенного самоосмысления Идеи. Гегель делает акцент на целостности реального, которое он считает сложной системой, подобной организму. Он видит нереальным единичное и полагает, что ничто не существует безусловно и вполне реально кроме целого. По его мнению, разные сущности обладают разной степенью реальности, « с этим взглядом, естественно связано неверие в реальность времени и пространства как таковых, так как время и пространство, если они рассматриваются как вполне реальные, включают единичность и множественность», - подчеркивает Рассел. Гегель продолжает традицию – Парменид отрицал реальность времени, в мире идей Платона нет времени. Интересно, что развиваемая сейчас физиками-теоретиками квантовая петлевая теория гравитации тоже считает, что время – это иллюзия, возникающая на нашем уровне восприятия фундаментальных процессов, для которых времени нет: «низкая энтропия Вселенной в момент её рождения, а потому и стрела времени, обязанная своим происхождением нам, а не Вселенной» [19, c.136].

Философскому творчеству Гегеля посвящена огромная литература и множество конференций [6]. Поэтому отметим только несколько моментов, ключевых с точки зрения теории самоорганизации.

Иной путь к единству. Гегель считал философию «наукой наук», а понятия – ключом к разрешению проблем и выяснению единства мира. То, что это так показывает его книга «Философия природы». Например, он полагает, что «…Природа есть идея в форме инобытия… Звук есть смена специфической внеположительности материальных частей и её отрицание, он есть только абстрактное или, так сказать, идеальная идеальность этой специфичности» [20]. Этот путь неконструктивен – он не позволяет

продвинуться дальше. Путь к единству в современной науке иной, связанный с моделированием и математическим описанием природы.

Формулы

formuly 01 01

Определяют принцип наименьшего действия в механике, электродинамику и квантовую механику. Именно такой подход позволяет выписать все законы физики на нескольких тетрадных листах. Синергетика в поисках единства опирается на математические модели и формулы.

Недооценка роли математики и логики. С одной стороны, Гегель не принимает пифагорейства, считая, что в количественном анализе «слишком много чувственного» [10]. С другой стороны, именно логику он считает высшим авторитетом. Но это «своя логика», не имеющая отношения к математической: «Логика, как понимает Гегель это слово, является для него тем же самым, что и метафизика, это нечто совершенно отличное от того, что обычно называется логикой». Его взгляд состоит в том, что любой обыкновенный предмет, если он берется как характеристика реального целого обнаруживает самопротиворечивость [21, с.369]. Поэтому надо обращаться к целому. Именно этот подход вызывал резкую критику. Карл Поппер называл работы Гегеля «философией оракулов» и «дерзким способом надругательства». В 1835 году выдающийся математик Н.И. Лобачевский построил неевклидову геометрию. И это открыло эпоху создания множества разных математик и логик. При этом в зависимости от объекта надо принимать разные аксиомы и использовать разные математические инструменты.

Исследование саморазвивающихся систем. На этот принципиальный момент обратил внимание В.С. Степин. В ходе самоорганизации возникает выход на новые иерархические уровни (в биологии клетки ® ткани ® органы ® системы и т.д.). При этом формирование нового, более высокого уровня меняет происходящее, динамику, критерии, качество управления на низких уровнях. «Важнейшей чертой этого процесса является то, что Гегель обозначал как «погружение в основание». Это понятие в современной интерпретации означает, что каждый новый уровень организации начинает управлять предшествующими уровнями и перестраивает основания системы, создавая новую целостность», – пишет он [6, c.342]. Гегель проследил это рассматривая саморазвивающуюся систему, которая была у него перед глазами – культуру. При этом логика саморазвития нашла отражение в динамике понятий, категорий, других сущностей его философии, которая и привела его к этим выводам, важным для теории самоорганизации.

Новое прочтение гегелевской диалектики. В соответствии с методологией Гегеля путь саморазвития абсолютен и опирается на три закона

- Закон единства и борьбы противоположностей (отражает источник развития)

- Закон перехода количественных изменений в качественные (отражает механизм развития)

- Закон отрицания отрицания (отражает направление развития).

Гегель, формулируя эти законы, обобщил опыт натуралистов, изучавших развивающиеся системы и стал рассматривать их как способ познания противоречий, понимаемых как внутренние движущие силы бытия, духа, истории.

Замечательную трактовку этих законов предложил Д.С. Чернавский: «Научная общественность восприняла диалектику неоднозначно. По существу, и сейчас отношение к ней двояко. Многие представители точных наук (физики и математики) отнеслись к ней негативно, полагая, что это не более, чем слово… С точки зрения представителя точных наук, слова «закон природы» подразумевают, что имеется математический аппарат, позволяющий делать однозначные предсказания. В диалектике Гегеля такого аппарата не было… Представители описательных (естественных и гуманитарных) наук встретили

диалектику с энтузиазмом… Гегелю удалось сформулировать основные и достаточно общие свойства, характерные для открытых, развивающихся систем… Живые и социальные системы относятся именно к таковым, что обеспечило популярность диалектики в срезе биологов и гуманитариев… Сейчас сторонник диалектического мышления может ответить любому математику на его каверзный вопрос о том, когда наступит «синтез». Ответ прост: постройте математическую модель процесса и сами увидите, когда тезис перейдет в антитезис и наступит синтез» [7, c.233,234]. Другими словами, мы сейчас достаточно ясно понимаем область применимости формальной и диалектической логики, и теория самоорганизации сыграла в этом принципиальную роль.

Гегелевская логика как основа и кризис постмодерна. По Гегелю саморефлексия идеи является необходимым элементом её развития. Но завершение саморазвития не означает конца саморефлексии – она вновь и вновь будет порождать противоречия и, следовательно, стимулировать развитие. На этот принципиальный момент ставящий под вопрос весь постмодерн, обратил внимание немецкий философ Юрген Хабермас [22]. В самом деле: «Ключевая мысль модернизма, далее расходящегося в полифонию вариаций, выражена в проекте Гегеля: мир познаваем в конечной своей истине, более того, сам процесс познания есть необходимый момент становления этой истины, потому что мир есть дух, субстанция есть субъект. Модерн, таким образом, верит, что истина мира конечна и достижим, что не только возможно, но и необходимо абсолютное знание, что, таким образом, модерн – это принципиально завершимый проект» [17, c.235]. Постмодернизм настаивает на незавершимости, но это же самое доказывает Гегель, рассматривая бесконечную рефлексию идеи: «Один Гегель – как законченный модернист – настаивает на принципиальной завершенности абсолютного знания в Духе, другой Гегель – как завзятый постмодернистский enfant terrible – утверждает неутомимую бесконечность работы отрицания, данной по разным поводам то как дифференциация, то как желание, то как потребление… Поэтому мы и можем сказать, что постмодерн – это бунт Гегеля против Гегеля, вписанный со своей органичностью в единую философскую парадигму» [17, c.241].

Подводя итог, можно удивляться, как много Гегель «подсмотрел» в современной теории самоорганизации.

Диалектика природы – надежды и реальность.

Тот, кто претендует на преодоление марксизма, в худшем случае вернется к домарксовой теории, а в лучшем – лишь вновь откроет для себя мысли, которые содержатся в философии, которую он надеялся превзойти.

Ж.П. Сартр.

Философия природы рассматривается Энгельсом в работе «Анти-Дюринг» (1877-1878) и книге «Диалектика природы» (1873 – 1866), опубликованной в 1925 году. Последняя дата важна – она показывает серьезное отношение к философскому осмыслению новейших достижений естественных наук. В полной мере это относится и к книге В.И. Ленина «Материализм и эмпириокритицизм» - путь в будущее должен опираться на результаты исследований и их анализ с помощью эффективной методологии. Влияние философии Гегеля на марксизм велико: Маркс писал Л. Кугегельскому: «Мой метод исследования не тот, что у Гегеля, ибо я – материалист, а Гегель – идеалист. Гегелевская диалектика является основной формой диалектики, но лишь после освобождения её от её мистической формы, а это-то как раз и отличает от неё мой метод» [24]. Маркс полагал, что диалектика у Гегеля «стоит на голове» и «надо поставить её на ноги», чтобы под математической оболочкой «вскрыть рациональное зерно». В области

естественных наук большую часть этой работы сделал Энгельс. Среди его подходов, перекликающихся с теорией самоорганизации обращу внимание на несколько подходов, перекликающихся с теорией самоорганизации

Проблема взаимодействия наук. Вопрос о делении и взаимодействии наук волновал философов, начиная с Френсиса Бэкона.

Гегель в «Логике» выступает за единство науки и против её деления на составные чсти в силу развития разных дисицплин: «определение, в котором выступает идея, есть вместе с тем текучий момент, поэтому отдельная наука есть одновременно и познание своего содержания как сущего предмета, и познание непосредственно в этом содержании своего перехода в свой более высокий круг. Представление о разделении наук неправильно». [10, c.28].

Энгельс настаивает, с одной стороны на классификации наук, с другой стороны, на их самостоятельности, на том, что нельзя сводить их к одной «главной науке». Он пишет: «Классификация наук, из которых каждая анализирует отдельную форму движения или ряд форм, связанных между собой и переходящих друг в друга форм движения, является вместе с тем классификацией, расположением согласно внутренней присущей им последовательности, самих этих форм движения, и в этом именно и заключается её значение».

С другой стороны: «Но наличие этих побочных форм не исчерпывает существа главной формы в каждом рассматриваемом случае. Мы несомненно «сведем» когда-нибудь экспериментальным путем мышление к молекулярным и химическим движениям в мозгу, но разве этим исчерпывается сущность мышления?» [26]

Этот вопрос неоднократно «проигрывался» в науке XXI века. Не раз в качестве «главной науки» рассматривалась физика: из теории элементарных частиц «следует» ядерная физика из неё – атомная, одним из приложений атомной физики является химия, биологические объекты часто трактуются как «химические машинки», активно развивается «эконофизика» и «социофизика». В этой логике развивать надо, прежде всего, физику и математический аппарат, позволяющий «выводить» из неё другие науки.

Например, так смотрел на химию выдающийся физик Ричард Фейнман в лекции, прочитанной в 1959 году и давшей начало нанотехнологиям [27]. Но уже в своих лекциях он обсуждает вопрос о «самом главном» уравнении в физике и приходит к выводу о его бессмысленности – вывод из этого уравнения всего того, что можно использовать может оказаться отдельной сложнейшей задачей.

По сути, Энгельс ставит вопрос о научной стратегии, который, начиная с XX века, стал очень актуальным. Она во многом связана с бритвой Оккама, например, в формулировке Эйнштейна: «Всё должно быть сделано настолько просто, насколько возможно, но не проще этого».

Формирование научной стратегии. Энгельс выделил три фундаментальных научных достижения изменивших мировоззрение. Это «неуничтожимость движения (Декарт), клеточное строение биологических объектов (Шван) , биологическая эволюция (Дарвин)». Он высоко оценивает таблицу Д.И. Менделеева, теоретическое знание, оперирующее с тем, что нельзя увидеть, считает магистральным путем развитие естествознания всё более мелких составляющих материй.

Двадцатый век подтвердил его предвидение. Законы сохранения сыграли ключевую роль в исследовании микромира. В биологии мы имеем дело с геномами, а в физике с варками (которых мы, вероятно, никогда не увидим в свободном состоянии). Выдающийся математик, философ, мыслитель построил концепцию универсального эволюционизма. По его мысли триада наследственность – изменчивость – отбор является важнейшим механизмом самоорганизации в развивающихся системах.

Вместе с тем, Энгельс считает принципиально важным следование методологии, позволяющей быстрее и успешнее проводить исследования, он связывает её с

материалистической диалектикой. «Философия мстит за себя задним числом естествознанию за то, что последнее покинуло её», - сетует он в диалектике природы».

Сейчас проблема, намеченная Энгельсом, стала ещё более острой. Научное пространство стремительно расширилось – сейчас нельзя «к каждой интересной задаче нельзя поставить по исследователю». Кроме того наука стала намного дороже. Обществу и ученым надо выделять наиболее интересное и перспективное на карте нашего незнания. Из чего исходить? Как «собирать» науки и организовывать взаимодействие между ними? Известный российский философ И.Т. Фролов в 1980-х годах полагал, что объединить научные дисциплины должна проблема человека, а во главу угла должна быть поставлена философия [30]. Этот глубокий масштабный проект, к сожалению, не удалось реализовать. Руководство и научное сообщество не осознало, насколько он важен. Кроме того, философия оказалась не готова к роли системного интегратора научного пространства. По-видимому, сейчас эта роль должна принадлежать междисциплинарным подходам и, в частности, теории самоорганизации. В настоящее время происходит гуманитарно-технологическая революция, ставящая во главу угла человека и императив. Будущее принадлежит всем» [31]. Именно поэтому построение моста между естественно-научной и гуманитарной культурами, за которое берется синергетика, приобретает огромное значение.

Направление, намеченное Энгельсом, сейчас активно развивается на новом уровне.

Синергетическая научная рациональность.

И Энгельс, и Ленин многократно подчеркивали, что выработанные им философские подходы Маркс применял при конкретном анализе социально-экономических систем. Оба они полагали, что такие подходы должны широко использоваться и в естествознании. Это стремление к междисциплинарности, нежелание замыкаться в одной сфере наук очень важно. Оно получило продолжение в современной науке, начиная с 1970-х годов. Развитие исследований показало, что существенен не только объект исследований (как думалось в XIX веке), не только инструмент, который важен (это показала квантовая механика и теория относительности), но и субъект, определяющий программу работ, ожидаемые результаты и средства, которые могут быть использованы. Гуманитарная компонента оказывается неразрывно связана с естественнонаучной. Это показывает мировая история, - успех одних цивилизаций, связанный также и с исследованиями приводил к гибели других. Переход к такому целостному системному взгляду приводит к другой научной рациональности [6], которую естественно назвать синергетической.

Наступивший XXI век будет веком человека. В ходе гуманитарно-технологической революции принципиально важным оказывается смыслы, ценности, образ желаемого будущего, а важнейшими технологиями оказываются гуманитарными. Это расширяет пространство исследований синергетики, которая становится подходом, осмысливающим треугольник рациональное – эмоциональное – интуитивное.

При этом возникает перспектива большого синтеза, в котором достижения естественных наук дают ключ к решению гуманитарных проблем. В качестве примера можно привести работы лауреата Нобелевской премии по физике (2021) Роджера Пенроуза, связывающего формирование сознания человека с гипотетическим эффектом в квантовой механике (так называемой объективной редукцией) [32]. Всё больший интерес вызывает взаимодействие науки и искусства, осмысление красоты и гармонии [33].

Междисциплинарность, признаки которой обсуждал Энгельс, становится необходимым элементом науки XXI века.

Будущее и развитие философии. Энгельс писал о «смерти философии», о порождении на её основе новых научных дисциплин. Ленин видел внутреннее единство в логике, диалектике и теории познания и придавал большое значение материалистической

переработке философии Гегеля, полагая, что это даст объективную и конструктивную картину реальности.

Оба мыслителя подразумевали, что рациональные доводы будут убеждать людей в необходимости иного социального устройства, надеялись на огромную роль просвещения и стремительной прогресс науки и технологий, оценивая тенденции XIX века.

Все оказалось значительно сложнее – СМИ и механизмы информационного воздействия на общество, цветные революции и гибридные войны показали, что важнейшей сферой конкуренции и взаимодействия людей становится информационное пространство, массовое сознание. И мы в новых декорациях сталкиваемся с вечными кантовскими философскими вопросами: «Что я могу знать? Что я должен делать? На что я смею надеяться? Что есть человек? Время философии не прошло…

И Энгельс, И Ленин ориентировались на стремительный рост образованности в обществе и прогресс науки. Однако сейчас мы ясно понимаем, что человек в состоянии освоить и, тем более, развить очень небольшую часть мирового информационного пространства. Интернет и социальные сети сделали это очевидным. Возникает важный вопрос выбора, требующий философского анализа и выработки стратегии, позволяющей человечеству не повторять пройденное, а двигаться дальше.

С другой стороны, междисциплинарные подходы являются своеобразной социальной практикой для существующих и создаваемых теоретических и философских концепций. И это дает надежду, что будущее сос

Литература.

1. Сноу Ч.П. Две культуры и научная революция // Ч.П. Сноу. Портреты и размышления. Эссе. Интервью. Выступления. / пер. с англ. Д.М. Урнов, М.П. Тугушева. – М.: Прогресс, 1985, с.195-226.

2. Вигнер Е. Этюды о симметрии. / пер. с англ. Ю.А. Данилова под ред. Я.Л. Смородинского. – М.: Мир, 1971. – 320 с.

3. Бак П. Как работает природа: Теория самоорганизованной критичности. – М.: УРСС: / пер. с англ. В.Э. Подобеда, А.В. Кондратьева, О.Л. Шевчук под ред. Г.Г. Малинецктого, А.В. Подлазова, В.Э. Подобеда. – М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2014. – 276 с. – (Синергетика: от прошлого к будущему. №66).

4. Хакен Г. Синергетика. Пер. с англ. В.И. Емельяновой под ред. Ю.Л. Климонтовича, С.М. Осица. – М.: Мир, 1980. – 408 с.

5. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. Пер. с англ. Ю.А. Данилова. / Общ. ред. и послесл. В.И.Аршинова, Ю.Л. Климантовича, Ю.В. Сачкова. Изд. 5-е. – М.: КомКнига, 2005. – 296 с. – (Синергетика: от прошлого к будущему).

6. Степин В.С. Человек. Деятельность. Культура. – СПбГУП, 2018. – 800 с. – (Почетные доктора Университета).

7. Чернавский Д.С. Синергетика и информация: Динамическая теория информации. Изд. 5-е. – М.: URSS, 2017. – 304с. – (Синергетика: от прошлого к будущему. №13).

8. Мне нужно быть. Памяти Сергея Павловича Курдюмова/ Ред.-сост. З.Е. Журавлева. – М.: URSS, 2010. – 480 с.

9. Малинецкий Г.Г. Чтоб сказку сделать былью. Высокие технологии – путь России в будущее. – М.: URSS, 2021. – 224с. – (Синергетика: от прошлого к будущему №58).

10. Гегель Г.В.Ф. Логика. Пер с англ. Н. Дебольского. – М.: Издательство САТ, 2020. – 448 с. – (Эксклюзивная классика).

11. Семенов А. Занимательная философия. – СПб: ООО «Торгово-издательский дом «Амфора», 2015. – 447 с. – (Серия «Популярная наука»).

12. Энгельс Ф. Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии. Электронный ресурс https://knigogid.ru/books/1041359-kyudvig-feyerbah-i-konec-nemetckoy-klassicheskoy-filosofii/toread&updatr_page.

13. Энгельс Ф. Анти-Дюринг. Электронный ресурс https://booksonline.com.ua/view/php&book=183681.

14. Лем С. Литература и философия, или «Я хотел спасти мир». / Четвертые Лемовские чтения / пер. с немецкого В. Язневича. отв. ред. А.Ю. Нестеров. – Самара: Самар. гуманит. акад., 2018. – с.279-287.

15. Гиренок Ф.И. Удовольствие мыслить иначе. – М.: Проспект, 2021. – 224 с.

16. Кузнецов В. «Реконфигуратор» 2.0: развертка программы / Русская философия XXI века. Максимы. – М.: ИОИ, 2014, с.79-180.

17. Хаустов Д.Е. Лекции по философии постмодерна.-М.: РИПОЛ классик, 2018. – 288 с. (Лекции PRO).

18. Рассел Б. История западной философии [В 2т]. Т.1. [Кн.1,2]. Перевод с англ. В.В. Целищева. – М.: Издательство АСТ, 2017. – 768 с. – (Эксклюзивная классика).

19. Ровелли К. Срок времени. Пер. с итал. Д. Боиока. – М.: Издательство АСТ:CORPUS, 2020. – 224 с. – (Библиотека фонда «Траектория»).

20. Гегель – энциклопедия философских наук. Философия природы. – М.: Мысль, 1975. – 695 с. Электронный ресурс https://platona.net/load/knigi_po_filisifii/istoria_nemeckaja_klassicheskaja/gegel_enciklopedija_filosofsikh_nauk_filosofija_prirody/12-1-0-45.

21. Рассел Б. История западной философии [В 2т]. Т.II [Кн.3]. Перевод с англ. В.В. Целищева. – М.: Издательство АСТ, 2017. – 768 с. – (Эксклюзивная классика).

22. Хабермас Ю. модерн – незавершенный проект // Политические работы. – М.: Прогресс, 2005, с.7-32.

23. Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-е, т.18, материализм и эмпириокритицизм. – М.: Издательство политической литературы, 1968, - 525 с.

24. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. т.32, М., 1961, с.448.

25. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. т.20, М., 1961, с.564-565.

26. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. т.32, М., 1961, с.563.

27. Ричард Фейнман. Там, внизу, полно места. Электронный ресурс https://metidolog/ru/node/862/>

28. Моисеев Н.Н. Современный рационализм – М.: Рос. науч. гуманитар. Фонд, междунар. Независимый экон.-политол.ун-т . – М.: МГВП КОКС, 1995. – 376с.

29. Диалектика природы (Энгельс) / Глава 1. Электронный ресурс https://ru/m/wikisource.org/wiki/диалектика_природы_(Энгельс),Глава1.

30. Институт человека: Идея и реальность. / Отв. ред. Г.Л. Белкина; Ред.-сост. М.И. Фролова. – М.: ЛЕНАНД, 2018. – 348 с.

31. Иванов В.В., Малинецкий Г.Г. Россия: XXI век. Стратегия прорыва. Технологии. Образование. Наука. – М.:URSS, 2020. – 30

Яндекс.Метрика